Друзья сайта





Понедельник, 23.10.2017, 07:05
| RSS
Главная
Члены Федерации


Главная » Члены Федерации » ШТУТГАРТ

Ольга БЕШЕНКОВСКАЯ


Родилась в годовщину трагедии Российского престола в 1947 году в Петербурге. Узнав об этом в юности из самиздатской литературы, обвела 17 июля в календаре траурной рамкой и много лет свой день рождения отмечала только так... Сейчас, когда всё святое свелось уже к ритуалам и портреты убиённых, как и Мону Лизу, малюют на кошелках, я вполне могу выпить с друзьями за своё здоровье и в этот знаменательный день...

К сожалению, биографии на интернетных страницах принято писать как «резюме» в Америке или – то же самое – «бевербунг» в Германии: ну, посмотрите же, какая я хорошая, примите меня!..

Мне кажется, что я и в самом деле хорошая. Но отнюдь не потому, что формально состою членом нескольких престижных творческих Союзов в России и в Германии, и не потому, что вышли уже десять моих поэтических и прозаических книжек, на русском и на немецком языках, а публикации в периодических изданиях перевалили за тысячу. И даже не потому, что издаю при каждой возможности своих коллег, составляю сборники, альманахи и антологии. Всего этого могло бы не быть, и до 1985 года казалось: не будет...

Я, наверное, всё-таки хорошая, потому что в детстве однажды бросилась на рельсы перед разгоряченным, красным лицом трамвая, спасая бездомную собаку. И с тех пор всегда поступала так, не раздумывая. Всю свою жизнь я пыталась заслонить тех, кого линчует толпа. И тогда толпа принималась уже за меня...

Я, наверное, всё-таки хорошая, потому что люблю своих друзей и стараюсь быть снисходительной к недругам.

А так биография – как биография: училась, трудилась, женилась...

Именно женилась: я никогда не была за мужем, все они, так почему-то получалось, были за мной...)

Рискну повторить банальность: моя биография – в моих эссе и стихах.

Моё мироощущение, да уже и, пожалуй, возраст таковы, что «резюме» или «бевербунг» я могу писать только для господа Бога и для его небесной канцелярии... С тем же, привычным подтекстом: примите меня!..

Впрочем, если наша взаимная бумажная волокита протянется ещё лет этак двадцать, роптать не стану...

Ольга Бешенковская

P.S. Если писатель эмигрирует в другую страну, он доживает жизнь как бы под двумя флагами. Точнее сказать, - не под, а над, ибо нет ничего превыше поэзии. (Государственные границы – формальность, не существующая для литературы и искусства.) Так что речь здесь может идти как бы не о раздвоении, а об удвоении личности... Отсюда – и оформление страницы, любезно предложенное её дизайнером.

P.S. – 2. Когда-то, когда я начинала свою творческую деятельность (мне было в ту пору 12 лет), ни о каком компьютере не мечтали ещё даже на «продвинутом» Западе. Поэтому большинство стихов, написанных в юности, сохранилось лишь в тогдашней подслеповатой машинописи, и я их сканировала. Отсюда – некоторая неопрятность (местами) электронной версии «Петербургского альбома». Отсюда и невозможность для виртуального читателя подробней познакомиться с некоторыми моими книжками, обложки которых показаны на странице. Но и тех книжек, в которые Вы можете погрузиться (или даже загрузить их в свой электронный ящик), а именно: "Песни пьяного ангела", "Надпись на рукописи" и "Петербургский альбом", изданные на родине, и "Zwei Farben - zwei Sprachen", а также "Kleine Kehrwoche"; к слову сказать, с иллюстрациями автора, увидели свет в Германии, более чем достаточно для нашей первой встречи... Превращать же свою страницу в собрание сочинений невозможно ни по причине объема написанного за всю жизнь, ни по другой, ещё более стыдной причине: мне безумно лень приводить все тексты в техническое единообразие, подтягивать строчки и буквы, как когда-то было лень подтягивать петли на фельдиперсовых, если мне память не изменяет , чулках... Ведь за это время можно сочинить что-то новое или подготовить к печати какой-либо новый Альманах. Я уже консервативна, и больше всё-таки доверяю «бумажной» литературе. У неё сейчас маленькие тиражи, но зато большое прошлое... А значит – и Будущее...

Ольга Бешенковская умерла 4 сентября 2006 года




ОЛЬГА БЕШЕНКОВСКАЯ - ИЗВЕСТНЫЙ ПЕТЕРБУРГСКИЙ ПОЭТ И ЭССЕИСТ

Впервые ее стихи появились в отечественной печати в сборнике ленинградской альтернативной культуры «Круг», позже охаракте­ризованном литературной критикой как «первая ласточка Пере­стройки».

За последние десять лет О. Бешенковская — автор многих сотен публикаций в альманахах, антологиях, в различных периодических изданиях России, Украины, Германии, Франции, Америки, а также семи сборников стихов, два из которых написаны на немецком языке.

«Петербургский альбом» — восьмая книга Ольги Бешенковской. В нее вошли стихи, воспоминания и эссе, связанные с городом на Неве, передающие атмосферу, пользуясь юношеским неологизмом самой Ольги Бешенковской, литературного и социального «Ленинбурга», произведения, как ранее нигде не публиковавшиеся, так и хорошо знакомые читателям, представляющие собой как бы «визитную кар­точку» автора.

Ольга Бешенковская — не только прекрасный поэт, но и замеча­тельный человек. Она принадлежит к тем литераторам, которые, по­кинув страну, руководствуются высокой нравственной позицией, сформулированной еще Иосифом Бродским: «Оглянись без гнева...» Хотя, живя в городе Ленина, всегда открыто и мужественно противо­стояла режиму.

Теперь, в Германии, Ольга Бешенковская немало делает для связи двух культур, для воссоединения русской литературы, создаваемой в России и в русском зарубежье, в единую картину.

И, конечно, пишет новые стихи, пишет еще более филигранно, чем прежде, и, пожалуй, с не меньшей, хотя уже иной, болью...

Филологическая ткань ее стихов, их основа и подоплека, заслужи­вают специального разговора. В частности, в стенах Санкт-Петербург­ского университета уже написана научная работа, в которой рассмат­риваются различные аспекты «Моих современников» О. Бешенковс­кой — ее более чем современной поэмы, созданной в классическом жанре «Венка сонетов».

Раскройте «Петербургский альбом» — и вы с первых же строк почувствуете, как передается вам привкус горечи, привкус судьбы рожденного как бы в чужое и чуждое для него время петербургского поэта, и, в то же самое время, как прекрасен город Расстрели и Росси, Пушкина и Достоевского, какая чуткая и внимательная любовь к его самым элитарным и «незатоптанным» уголкам движет пером автора.

Воспоминания же об учителях и друзьях: Д. Я. Даре, Г. С. Семенове, А. В. Македонове, Л. Я. Гинзбург, С. Довлатове, В. Кривулине и других, сообщают книге тот особый дополнительный аромат, в котором соеди­няются любовь, ирония, и уже «постигшая» автора мудрость... Книга эта, при всей ее правдивой жесткости, представляет собой апофеоз Любви и не случайно заканчивается патетической кантатой, освященной 300-летию Санкт-Петербурга, выстраданным и горьким пафосом «наследников барокко»...

Б. Аверин, доктор филологических наук,
доцент кафедры истории русской литературы
Санкт-Петербургского государственного университета


ИЗ «ЗАМЕТОК НА ПОЛЯХ, ГДЕ РАСТУТ „ПОДЗЕМНЫЕ ЦВЕТЫ" ОЛЬГИ БЕШЕНКОВСКОЙ»

В начале был топор, подобный Петровскому лекалу. Ржавый, с за­зубринами от многолетнего употребления, кое-где затупившийся, но тем не менее сохранявший в наших глазах угрожающее сходство с орудием казни из фильма Сергея Эйзенштейна об Иване Грозном, — действующий топор политико-эстетической госцензуры был занесен над этими стихами еще до их появления на свет. Они рождались как вифлеемские младенцы — под нож Ирода... ...Они выжили, вышли победителями из жестоких предродовых схваток, и теперь эти стихи звучат как апофеоз былой творческой боли и олимпийски шествуют по нынешним многочисленным журна­лам, неся на бледных и изможденных лицах своих отсветы багровой бойлерной мглы...

В. Кривулин, 1966 г.


«Дорогая Ольга Бешенковская, спасибо за письмо и книжку. Нашу ленинградскую встречу 1974 года помню смутно, а все-таки помню. И лицо Ваше мне до боли знакомо, оно окружено ленинградскими декорациями, я хорошо понимаю Ваш выбор фотоиллюстраций. Книжка замечательна. Вы сделали очень умно и справедливо, предва­рив ее словами Тамары Хмельницкой: все, что она говорила Вам о Ваших стихах, я сказать не мог бы просто потому, что не умею так, как Т. Ю. Она великолепно поняла, что «наше время встало Вам ры­бьей костью поперек горла». (Сколько страниц изумительной крити­ческой прозы пропало из-за того, что Т. Ю. X. никогда не могла ска­зать о литературе того, что хотела и умела!) Спасибо Вам и за стро­ки, посвященные Глебу Семенову. Кстати, видали ли Вы, что я написал о нем в журнале «Время и мы», публикуя его неизданные стих Статья моя называлась, кажется, «Страсть созерцания». Ваше мощн соединение современности речи, сегодняшнего мышления и видение мира с античной образностью и перифразами классицизма, Ваше сл яние отвращения и любви, духовного и отвратительно-материальш го, строгого и распущенного меня покорило: Вы оказались близко от того, чьей фамилии избегли и о ком Вы так хорошо надписали: «Святой Иосиф продан, как в Египет, в Америку. Не раб — наоборот: О фараон, его ласкает Муза...»

На меня большое впечатление произвел Ваш «Венок сонетов», -последний, который был прекрасен, был написан Т. Г. Гнедич, вероят но, близкой Вам — помните ее? Своего случайного (из лагеря) мужа водопроводчика-алкоголика, она научила ругаться так: «Феб с ними...» Это выражено в Ваших строках о том, как в нашу жизнь — «могло ли быть иначе? — Вошли Кассандра, Совесть и этап»...

Спасибо еще раз за прекрасные стихи.

Преданный Вам Е. Эткинд. Потсдам, 22 апреля 1996 г.


Ольга Бешенковская — одна из наиболее ярких и глубоких представителей той литературы, которую мы еще недавно называли «второй литературной действительностью» и которая теперь обрела свое дос­тойное место в петербургской культуре.

Родилась в Ленинграде в 1947 году. Окончила факультет журналистики Ленинградского Государственного университета. Как поэт и про­заик принадлежала к альтернативной культуре, печаталась в самизда­те, кое-что просачивалось на Запад и публиковалось там. С конца семи­десятых, как и многие представители петербургской интеллигенции, зарабатывала на хлеб в котельной. Там же придумала и выпускала ли­тературно-художественный журнал «ТОПКА» (орган Творческого Объединения Пресловутых Котельных Авторов). Только с 1990 года — член Союза писателей СССР. Член Союза писателей Санкт-Петербурга со дня его основания. В настоящий момент живёт в Штуттгарте. В 1988 году организовала и возглавила новый «толстый» литературно-художественный журнал «Родная речь» с подзаголовком «Журнал рус­ских писателей Германии». Автор восьми значимых поэтических сбор­ников и многих сотен публикаций.

Ее книга «Петербургский альбом» — это прежде всего книга поэти­ческая, в определенном смысле она является для автора сборником из­бранного.

Одна из основных тем сборника — тема любви к Родине, ностальгии по родному городу, по друзьям молодости. Но одновременно очень большое значение в книге имеют стихи, посвященные «поколению от­цов», где отчетливо и выразительно звучит мотив благодарности тем, кто отстоял наш город в годы войны. В частности, в состав книги входит «Кантата» — яркий стихотворный цикл из двенадцати песен, посвящен­ный Петербургу. Кроме того, в книгу «Петербургский альбом» вклю­чены и короткие мемуары, и эссе о творчестве петербургских поэтов, которых хорошо знает и любит автор сборника. И именно это соедине­ние, этот сплав собственных стихов и эссе, посвященных стихам сво­их друзей, которые тоже сыграли или играют существенную роль в ис­тории петербургской литературы, делает «Петербургский альбом» не просто сборником стихов, а заметным литературным явлением, вос­создающим определенный пласт поэтической культуры Петербурга конца XX века.

Б. Никольский
Главный редактор журнала «Нева».
Санкт-Петербург. 2003 г.


Привет от Черубины
(газета «Литератор», С-Пб., май 1992 г.)

Собственно, это была бы милая шутка в духе Максимилиана Волошина и рожденной из черноморской пены Чебурины, если бы не специфические условия нашей литературной жизни.

Подумайте только, можно ли у нас просто опубликовать свои стихи инкогнито? Нет, книжку в официальном издательстве нужно было «выхаживать»… А эта девушка как нельзя лучше подходила к моему раннему творчеству: резковатая, остра на язычок…

- Что же теперь делать? – испуганно вопрошал меня «псевдоним», ошарашенный успехом. И «острые, современные стихи, рожденные перестройкой», и «какое единство текста автора» - чего только не услышала исполнительница моей роли… Даже мне… маститая поэтесса, в меру валившая и мои стихи, похвасталась: «Наконец пришел настоящий, готовый поэт…»

«Общая тетрадь» Светланы Бурченковой, появившаяся на прилавках книжных магазинов, - это наша с ней общая тетрадь… Вернее – это школьная тетрадка Ольги Бешенковской.

Гонорар мы со Светой по-братски поделили. Потому что хоть стихов она и не пишет, но зато какой артистический талант!


А.Г.
(газета «Смена», С-Пб., 9 мая 1992 г.)

Несколько дней назад в «Ленизате» вышел сборник стихов поэта Ольги Бешенковской. Ее долго не печатали. Впрочем, как и других людей ее круга, творивших большей частью в котельных и кочегарках. Наверное, только во время ночных под шум огня в топках и мог быть придуман великолепный розыгрыш, финал которого разворачивается только теперь. Бешенковская передала рукопись своих ранних стихов, написанных еще в школьные годы, знакомой Светлане Бурченковой. Та поехала на конференцию молодых писателей Северо-Запада, где стихи были приняты «на ура» и рекомендованы к выпуску отдельной книгой.

Надо полагать, что литературоведы по достоинству оценят творчество Бешенковской – Бурченковой. Вот только слишком поздно. 10 мая Ольга Юрьевна уезжает в Германию. Говорит, что пока года на три. Как знать если России не нужны поэты, то, может быть ТАМ ее литературная судьба сложится более удачно.


Наталья Ковалева
И, конечно, стихи, стихи, стихи…
(газета «Смена», 1994 г.)

…Рукопись ее стихов лежала в издательстве. Ее не печатали. А когда она позвонила туда, то объяснили: «Мы бы с радостью вас опубликовали, но вот пришла одна девочка с потрясающими стихами. Ее надо поддержать, дать ей шанс… А бумаги у нас – всего на один сборник. Вы понимаете?»

Конечно, Ольга понимала. Тем более... что это были ее собственные стихи, намеренно отданные «девочке». Эксперимент имени Черубины де Габриак.

Книжка вышла под чужим именем. А Ольга всю эту историю остроумно рассказала на страницах «Петербургского литератора». Это было перед самым ее отъездом. Перед отъездом случилось и еще одно памятное событие – поэтический вечер в переполненном зале Союза Писателей.

И тут она тоже сделала неожиданный и великодушный жест. Половину вечера отдала своим ученикам – молодым поэтам. Хотя впервые получила такую трибуну и возможность прочесть свои стихи перед взыскательной и заинтересованной аудиторией.

В Германии Ольга Бешенковская читает лекции в университетах, пишет статьи и, конечно, стихи, стихи, стихи…


Олег Шарков. ПУТЕШЕСТВИЕ В СВЯТАЯ СВЯТЫХ ИЛИ ОЛЬГАЗМЫ РУССКОГО ПОЭТА В ГРАДЕ СВЯТОГО ПЕТРА И НА ЗЕМЛЕ БАДЕН-ВЮРТЕМБЕРГ

БИБЛИОГРАФИЯ


Переменчивый снег
Издательство "Советский писатель", 1987



Подземные цветы
Издательство "Террафантастика"
Санкт-Петербург, 1996



Песни пьяного ангела
(поздняя книга ранних стихов)
1958-1976
Издательство "Деан"
Санкт-Петербург, Пушкинская 10, 1999



Надпись на рукописи
Книга поэм
Издательство "Геликон плюс"
Санкт-Петербург, 2000



Петербургский альбом
Стихотворения. Воспоминания. Эссе
СПб.:Издательство "Журнал "Нева", 2003



Zwei Farben - zwei Sprachen
Стихотворения
Verlag F.K.Go"pfert-Wilhelmshorst, 1997



kleine kehrwoche
1998



Augen Blick Herz Wort
Fotografien und Gedichte
von Schu"lerinen und Schu"ler der Uhlandschule Stuttgart-Rot



Rot trifft Gru"n
Verlag "edita gelsen"



Общая тетрадь
Книга, изданная под чужим именем.
Мистификация в духе Максимилиана Волошина и его Черубины.
Лениздат, 1992





Категория: ШТУТГАРТ | Добавил: Админ (16.06.2008)
Просмотров: 1844

Copyright MyCorp © 2017